" анапа - черные глаза " ( песня об Анапе военных лет )

Здесь время рассказать, а лучше спеть великолепную песню об Анапе военных лет. Но как спеть на страницах книги, да с моим никудышним голосом. Впрочем, анапчане постарше ее знают илюбят. Она незамысловата, но заключает в себе какое-то необык­новенное очарование, проникновенную нежную лирику.

В 70-е годы минувшего века на центральном лечебном пляже очень активно работал местный радиоузел. Передавалась вся метеорологическая и медицинская информация о правильном приеме солнечных ванн, морских купаниях, поведении на воде, читались лекции врачами. И часто звучала песня «Анапа — Черные глаза». Песню исполняла певица с прекрасным приглушенным голосом, да и сам напев песни был очень красив, с какой-то светлой лирической душой. Содержание передач на пляже контролировал опытный врач-климатолог С. В. Ольховский.

Можно было бы и не писать об этом, но в своей третьей книге «Истории курорта Анапа», проходя через документы и свидетельства о зверствах и кошмаре, творимых оккупантами на нашей земле, я не мог не рассказать про эту песню. Она, по сути, стала каким-то светлым памятным знаком для анапчан, переживших лихолетье.

Начался увлекательный поиск автора песни и истории ее появления. Нужна была ниточка для зацепки. В основу песни положен действительный случай военной поры, случай, безусловно, уникальный в истории войн вообще, случай, о котором знали, рассказывали и писали многие анапчане, а потом сложилась песня. Но так, однако, получилось, что песня у меня оказывалась безымянной.

Рассказывает В. П. Комкова: «Как-то после очередной бомбардировки бегу я по дороге — догоняет меня «полуторка» (грузовая машина с максимальным грузом в 1,5 т. — Л. Б.). Вижу, матросы наши сидят, приехали из Новороссийска. Поинтересовались, знаю ли я город и смогу ли показать им винзавод. Ну, я, конечно, согласилась. Едем по городу, поворачиваем на Шевченко, а вдоль до­роги по кюветам вино течет рекой, вдоль всего квартала. Ну, морячки набрали на заводе вина, спирта, мне 10-литровый баллон дали и до самой палатки довезли. Мы потом этот спирт на кукурузу меняли».

Е. И. Маклюк со слов очевидцев записала: «Винзавод города попытался вывезти свою продукцию из города. Бочками с вином и коньяком была заставлена вся пристань и набережная от спасательной станции до гостиницы «Вторая пятилетка» в два ряда. На самом винзаводе началось демонтирование механического обору­дования. Стали уничтожать запасы вина. Через трубопровод вино сбрасывалось в море, но запасов было так много, что вино стали сбрасывать в канализацию. Спирт, коньяк, вино текли по дождевому кювету улицы Шевченко до улицы Черноморской, а затем через весь город в море. В порту били бочки с вином, выливали его в воду, чтобы оно не попало немцам».

Дина Михайловна Лавриненко, в войну подросток, написала неожиданно для меня среди других воспоминаний и про это. «Был случай, немецкая бомба попала в винзавод, и по кюветам города долго бежало вино. А один мужчина напился вина и лежал у канавы и все повторял с сокрушением: «Какое добро пропадает!»

Даже в повести В. Огнева «Зеленое, красное, зеленое. » есть пара слов о том, как рабочие винзавода разбивали чаны с вином, и оно три дня текло по улицам города. Этот отрывок из повести я приводил выше.

Мне рассказывали, что в хранилищах наполненные вином боч­ки стояли в три яруса. Вино сбрасывали на улицу, как мне позже удалось установить, по приказу директора завода Дмитрия Алексеевича Кравченко. Он вскоре уйдет комиссаром партизанского отряда «За Родину» в Лобанову щель.

Спустя многие годы старший научный сотрудник Анапского археологического музея 3. Н. Лемякина в лирическом очерке «Дифирамб винограду» расскажет:«.. . под натиском гитлеровцев в августе 1943 г. наши части должны были оставить город Анапу. Чтобы не оставлять врагам дорогой напиток радости и веселья, парти­заны, последними уходившие из города, получили задание взорвать емкости с вином на анапском винзаводе. Очевидцы рассказывают, что река вина лилась по улице Нижегородской (ныне Самбурова) до Краснодарской под уклон с высокого берега, т. е. оттуда, где и по сей день стоит старейший винзавод «Анапский».

И славятся ныне новые марки вин и среди них знаменитые, такие, как «Золотой берег», вобравшее в себя все лучшее, что есть в мускатном аромате, медовом и горячем, как золотой песок в полдень после прохладной морской ванны; прекрасные вина «Южная ночь», «Красная гроздь» и неповторимое вино «Черные глаза». Но иногда, если быть точными, вплетаются послевоенные темы из ис­тории виноделия в темы военные, все сплетается воедино; как лоза оплетает дерево, так легенды оплетают жизнь. И песни слагаются из легенд и жизни».

«Песня была одно время очень популярна в нашем городе, и ее беспрестанно «крутили» летом на пляже, — рассказывала мне Зоя Николаевна. — Пели в узком дружеском кругу. Моя приятельница Татьяна Ивановна Недосекина сделала собственный, неопереточный вариант — под гитару, и песня зазвучала камерно, проникновенно. Потом о ней вдруг забыли». Она высказала предположение, что песня заимствована, видимо, из оперетты Фельцмана. Я связался по телефону с Ларисой Ивановной Агеевой из Петербурга, с которой у меня сложились очень теплые дружеские связи. Недавно она принята в Союз писателей России, и за­главную роль в этом сыграло ее документальное повествование о жизни Е. Ю. Кузьминой-Караваевой, матери Марии, поэтессе Серебряного века «Петербург меня победил. » Прекрасная, кстати, книга. Лариса Ивановна — частый летний гость в Анапе. Я решил: она поможет. Ей удалось установить, что, действительно, О. Фельдман в 1950 г. написал оперетту «Золотое вино», но он был москвичом, надо искать либретто в Москве.

Стал звонить в Москву в Театр музыкальной комедии: дескать, вот был такой композитор Фельдман. Мне ответили: «Почему был? Он жив и сейчас находится на даче в Подмосковье».

Тем временем с помощью друзей я вышел на Н. Л. Пантину, она заведует культурным досугом гостей санатория «Витязь. Песня «Анапа — Черные глаза» у них в репертуаре. Наталья Леонидовна передала мне все куплеты песни (как оказалось, с небольшими помарками). Тут же звонит талантливый врач-фитотерапевт, ныне пенсионер, человек, с которым я давно поддерживаю очень доверительные связи, Георгий Борисович Мамаев. Откуда я мог знать, что этот очень сдержанный, даже суховатый в чувствах человек, окажется в числе местных знатоков песен. Он рассказывал мне, что он видел грампластинки с песней «Анапа — Черные глаза». И пообещал найти.

Звонит Людмила Васильевна Филатова, говорит: «Леонид Иванович, есть у меня такая пластинка». С Людмилой я знаком со времени открытия санатория «Маяк», первого места моей работы в Анапе. У ней нет большой коллекции старых грампластинок, но пластинка с этой записью есть. Мы тут же встретились, и она то­же, лишний раз, со слов покойной бабушки подтвердила этот эпизод: да, факт разлива вина место имел.

Она и передала мне долгоиграющую пластинку, выполненную на Апрелевском заводе. На пластинке в кружочке надпись: О. Фельдман (р. 1921). «Пусть гитара играет». Фрагменты из оперетты. Авторы пьесы Е. Гальперина, Ю. Анненков. В числе 13 песен есть в пластинке и «Анапа — Черные глаза». Исполнительница В. Марон.

«Анапа — Черные глаза», Ползла крученая лоза, И зрело в ягодах вино, Горело на сердце оно.

«Анапа — Черные глаза», Ты для души, как тот бальзам, Пройдешь по горлу в три глотка, И замолчит внутри тоска.

«Анапа — Черные глаза», Была военная гроза, Завод взорвали, в бой спеша, И потекла твоя душа.

Матросы шли, солдаты шли, Шли сыновья родной земли, И опускали котелки На дно твоей хмельной реки.

«Анапа — Черные глаза», Опять цветет твоя лоза. Но вспять года не повернуть, Лишь можно лишнего хлебнуть.

Чего сижу, о чем пою, Кто даст мне молодость мою. «Анапа — Черные глаза», Мне душу хмель твой развязал.

«Анапа — Черные глаза», Цветет крученая лоза, И зреет в ягодах вино, И сердце снова жжет оно.

«Анапа — Черные глаза», Ты для души, как тот бальзам, Пройдешь по горлу в три глотка И замолчит внутри тоска.

«Анапа — Черные глаза», «Анапа — Черные глаза», «Анапа — Черные глаза».

Когда вы услышите эти слова из оперетты, перестроенные на романсовый лад для застолья, не удивляйтесь, что анапчане зна­ют и любят эти слова, — пишет далее Лемякина.— Ведь для них самым важнм в этой песне будет подлинность событий, происходивших в Анапе, о которых говорится в ней.

Все в этих словах верно: и события, и чувства, которые владели человеком, пригубившим хмельной напиток. Впрочем, смысл этих чувств почти как диагноз, и рекомендации к лечению звучат в характеристике виноделов, которые они сообщают качествам того самого вина «Черные глаза», о котором поется в песне».

Сам я впервые вкус этого превосходного вина познал ровно 40 лет назад, когда отдыхал в Анапе в семье друзей, уже стариков Пустоваловых, которых я, тогда молодой врач, отправил по болезни из тамбовского села жить в Анапу, оказав им тем самым неоценимую услугу (они прожили здесь до глубокой старости). Под звездным небом по вечерам в круглой беседке мы пили с другими отдыхающими «Черные глаза». Вино подавалось из-за штакетного забора от соседки, она работала в лаборатории винзавода, и тайно продавала отдыхающим вино по полтора рубля литр. Вина на выбор — «Улыбка», «Южная ночь», «Черные глаза» и еще какие-то другие были великолепными. Мы отдыхали весело, душевно, как-то влюбленно все друг в друга, с шутками и песнями. Тогда в Анапе по вечерам на улицах пели во многих дворах. Десертное вино «Черные глаза» имело приятный густой аромат и неповторимый превосходный вкус, может быть, чуть-чуть напоми­ная вкус черной смородины.

Прошли годы. Уже работая в Анапе, мне довелось познакомиться с директором винсовхоза «Геленджик», Героем Социалистиче­ского Труда Раисой Ивановной Никольской. От мимолетной встречи на каком-то городском торжестве в Геленджике у меня осталась красочная брошюра «Дары южного солнца» с рассказом о совхозе. Там есть первые сведения о «Черных глазах». В брошюре сказано: родиной популярного, пользующегося огромным спросом у потребителя оригинального напитка — десертного вина «Черные глаза» является Геленджик. И далее: «Каменистые почвы, микро­климат района Геленджика, щедрые лучи солнца помогают выра­щивать здесь отличный виноград, который идет на приготовление этого высококачественного вина с шоколадными тонами во вкусе и нежным ароматом черной смородины. На I Международном кон­курсе вин в Тбилиси в 1965 г. вино «Черные глаза» было удостоено золотой медали, в 1975 г. ему был присужден государственный Знак качества, в 1976 г. на Международном конкурсе вин в Болгарии оно удостоено Большой золотой медали. Десертное вино «Черные глаза» было впервые приготовлено в 1940 г. Его автор Сергей Васильевич Зыбин. Вот как описывает он происхождение этого названия: «Любил я до восхода солнца бродить с ружьем, и всегда, когда приходилось проходить через виноградники, где растут такие сорта, как каберне, саперави, мне невольно бросались в глаза покрытые белым восковым налетом, как черные глазки, ягоды этих сортов винограда. Поэтому и было решено готовить вино из этих сортов под названием «Черные глаза».

Где-то позже мне попадался коротенький рассказ о Зыбине в газете «Советское Черноморье», он жил многие годы и в нашем районе, но за ненадобностью я эту информацию не сохранил. Итак, все творцы — и вина «Черные глаза», и песни «Анапа — Черные глаза» установлены. Осталось возобновить производство этого хмельного напитка и слушать волнующие слова песни о нем.

Из книги Л.И. Баклыкова "Исторические очерки . Анапа в плену . Открытие курорта на руина х"