Как самим не запутаться в офшорных схемах

Аналитики инвестиционного портала провели расследование и обозначили шесть вещей в налоговом планировании, которые рекомендуется и не рекомендуется делать в эпоху глобальной слежки за перетеканием капиталов. В сентябре 2018 года Россия начнет автоматический обмен финансовой информацией на основе многостороннего соглашения между налоговыми органами стран, входящих в Организацию экономического сотрудничества и развития (ОЭРС). Наша страна не является членом этой организации, но ФНС РФ присоединилась к соглашению в мае 2016 года. Бизнес едва успел смириться с этим известием, как ОЭСР начала обсуждение новых, детализированных и отраслевых инструментов противодействия размыванию налоговой базы и уклонению от уплаты налогов.

Более глобальный международный контроль и наличие у налоговой – де-факто впервые – конкретных инструментов для слежки за зарубежными компаниями российских бенефициаров усложняют использование иностранных юрисдикций для налогового планирования и защиты активов. Что в международном налоговом планировании стоит делать, а что не рекомендуется с учетом самых современных тенденций межгосударственной юридической и политической практики?

1. Рекомендуется: создавать реальность присутствия компании в стране Начиная с золотой эпохи офшоров середины 1980-х считалось, что формальное существование компании в определенной юрисдикции, наличие у нее регистрационных документов, а также наличие номинального владельца и исполнительного органа позволяют свободно использовать все преимущества, предоставляемые конкретной юрисдикцией, ее законодательством и международными налоговыми соглашениями.

Не без помощи экспертов из ОЭСР и ЕС было разработано и детально прояснено понятие «присутствия» – наличия у компании критериев, которые бы подтверждали реальность существования и деятельности организации в юрисдикции ее регистрации. Правила определения прозрачности позволяют по достаточно формализованным принципам выявить, какие компании являются кондуитными, то есть созданными исключительно для целей движения денег и уменьшения налоговой нагрузки.

Согласно международной практике, которую, к слову, поддерживает и Верховный суд России, налоговое планирование не может считаться единственной экономической целью существования компании. Кондуитные компании лишаются права на применение налоговых льгот, предусмотренных соглашениями об избежании двойного налогообложения (СоИДН) и иными международными налоговыми документами.

Для создания присутствия (substance) необходимо делать все то, что делала бы компания, реально ведущая бизнес в конкретной стране. Сюда включается, например, долгосрочная аренда офиса, наличие сайта, домена электронной почты, наличие сотрудников и какой-либо текущей деятельности на территории страны нахождения (хотя бы по ведению канцелярии, по уборке и техобслуживанию офиса), наличие телефона с секретарем, по которому отвечают желательно на языке страны нахождения, а не на английском (если компания, разумеется, не в англоязычной стране; на Кипре также считается нормальным отвечать на английском).

2. Не рекомендуется: использовать в юридической схеме только офшорные компании Офшоры обладают рядом неоспоримых преимуществ: в них крайне лояльный или отсутствующий режим налогообложения, редко требуется какая-либо отчетность и обеспечивается конфиденциальность информации о владении. По различным данным, в офшорных юрисдикциях находится до $32 трлн – почти половина мирового ВВП. Такой объем операций в офшорах дополнительно порождает у бизнеса мнение, что «несколько миллионов могут не заметить».

Действительно, в такой позиции есть доля правды. Налоговой, в первую очередь, интересна крупная рыба, однако ОЭСР, как известно, выбрала для повышения эффективности налогового контроля не столько расширение взаимодействия непосредственного с иностранными инспекторами, сколько финансовые институты (в том числе, банки). Подход весьма разумен: отслеживать проводимые по международным стандартам платежи гораздо проще, чем распутывать сложные юридические схемы и добиваться прозрачности в странах, где конфиденциальность является само собой разумеющимся фактом.

Выше указанный подход привел на практике к тому, что офшорной компании крайне сложно открыть счет в приличном банке с хорошей репутацией. Разумеется, значительный депозит в тихом банке Лихтенштейна или Швейцарии способен склонить финансистов на сотрудничество, но нужно учитывать, что подобные «элитарные банки» специализируются на сохранении капитала и низкорисковых инвестициях, и очень не любят расчетную деятельность, которая понадобится, если вы планируете использовать офшоры для целей бизнеса, а не wealth management.

Карибские банки и иные «серые» финансовые институты без вопросов откроют счет любой компании, в том числе офшорной. В этом случае, однако, возникают риски иного толка: все финансовые институты, если они собираются вести операции с зарубежными коллегами, обязаны подчиняться международным требованиям по противодействию отмыванию денег и финансированию терроризма. Уклонение от исполнения этих требований привлечет внимание Всемирного банка, Интерпола и Financial Action Task Force (FATF), что с высокой долей вероятности приведет к блокировке деятельности финансовой организации. Таким образом, крупные средства через «серые» банки проводить очень опасно.