Право собственности и машина Илона Маска

В целом мне эта тема была бы мало интересна, т.к. при всем моем глубоком уважении к праву частной собственности, когда мы говорим про космос или, например, какие-нибудь "Марианские впадины", я как адекватный человек понимаю, что частного в таком вопросе уже ничего не остается. Есть статья VII Договора "О принципах деятельности государства. " короче говоря, это про космос.

У меня же возникло чуть иное подозрение. Берем любой какой-нибудь адекватный учебник, открываем раздел вещного права и находим всем известную триаду правомочий собственника. Например, посмотрим на правомочие владения, как ключевое правомочие (по мнению В.А. Белова), посредством наличия (отсутствия) которого проводится тест на "вещность" исследуемого субъективного права. "Всякое субъективно право, предоставляющее своему обладателю возможность владеть определенной вещью, есть вещное, только вещное и никакое другое право" (Очерки вещного права. Научно-полемические заметки: учеб. пособие для бакалавриата и магистратуры/ В.А. Белов.- М.: Издательство Юрайт, 2015. С. 48). Правомочие же владения раскрывается как "возможность абсолютного фактического господства лица над вещью". Далее. "Индикатором "вещности". является наличие или отсутствие законной возможности другого лица контролировать, ограничивать или запрещать ему эксплуатацию вещи " (там же).

История с автомобилем Илона Маска и прочитанная статья, в которой на полном серьезе говорится о возможности кражи такого объекта (видимо, с помощью звездолета Хана Соло с Чубакой), спровоцировала мой вопрос: влияет ли то или иное пространственное нахождение объекта на право собственности? Вот, эволюция понимания правомочия владения мне понятна. Нельзя фактически господствовать над земельным участком, который находится за городом в одну и ту же единицу времени со всеми другими объектами, которые находятся в моей собственности в городе. Да и применительно к загородному участку возникают естественные сложности в осуществлении господства, если бы он был у меня огромный. Поэтому переход от фактического господства к возможности приступить к фактическому господству над вещью представляется вполне разумным с точки зрения развития оборота. И в целом не очень то важно, что моя вещь находится не в Лен области, а в Германии, куда мне въезд воспрещен. или в Японии, где (ни дай Бог) случилось например, извержение вулкана и никто и ничто туда пока что не летает и не плавает.

Но ведь можно продолжить. вещь лежит на дне реки 20 метров. на дне моря 50 метров. в Марианской впадине 10 с лишним км! Наконец, запустили вещь на Луну или как И. Маск вообще куда-то в открытый космос. Мне кажется, если даже посмотреть на проблему локально (с точки зрения нашего ГП), то мы, конечно, не увидим такого способа прекращения ПС, как отправка авто (к черту) в космос. У нас даже дереликция не получится, пока не появится другое лицо, которое присвоит вещь. Когда бы это касалось обычных вещей, эксплуатируемых в обычной жизни, то такое решение вполне очевидно: проблема деликта, содержания вещи и т.п. Но когда речь идет о вещах, которые уже никогда не вернутся (условимся, что совсем никогда не вернутся и при этом корабли из Звездных войн у нас не появятся, ибо мешает нам сильно теория относительности), то возникает вопрос в целесообразности сохранения права собственности.

Вернемся к тому, зачем нужно право собственности. Легче всего увидеть ответ (по крайне мере как я для себя его вижу) через абсолютность права собственности. Нам нужно ПС, чтобы юридически обеспечить состояние присвоенности вещи для управомоченного лица и одновременно установить состояние отчужденности для всех третьих лиц. С помощью ПС все третьи лица должны относиться к моей вещи как к чужой и воздерживаться от вмешательства в мое господство над этой вещью. В этом смысле нужно заметить, что в разных источниках я несколько раз встречал примерно похожие примеры про необитаемый остров. Смысл такой, что на необитаемом острове Робинзону ПС не нужно. При этом вещи как были ценными (еще бы топор, например, был не ценным на острове. ), так они и остались таковыми (потребительская стоимость). Робинзон как господствовал на вещью, как извлекал из нее полезные свойства, так и продолжал это делать все время (с перерывом на сон). Разве что у этих вещей в рамках острова не было меновой стоимости! И не было никого, кто мог бы посягнуть на возможность Робинзона продолжать извлекать из этих вещей полезные свойства. На таком острове просто нет нужды в существовании какого либо вещного права (и тем более ПС) на вещи Робинзона. Таким образом, возникает некий конфликт между юридическим существованием права собственности и его фактической необходимостью. С этой точки зрения, хочется узнать, а до каких пространственных пределов стоит признавать существование права собственности? Может быть, поскольку право собственности как (бы) объективно существующая юридическая категория, то стоит представить в уме некий объективный критерий наличия связи между пространственным нахождением вещи (расстояние до собственника, другие условия) и возможностью фактического господства над этой вещью, а так же извлечения из него полезных свойств? Т.е. 500 метров вглубь моря это допустимо? А 1 км? А если кто-то запулит корабль на Плутон? А если просто улетел в космос и сила гравитации (кто в нее еще верит) настолько ослабевает (по отношению к Земле), что вещь уже не вернется ни при каких обстоятельствах и фактически приступить к господству не получится?

Мне кажется, право собственности должно прекращаться в космосе тогда, когда объективно (и без фантазий про светлое будущее с кораблями бороздящими что-то там) становится понятно, что любой и каждый в такой ситуации не в состоянии посягнуть на этот объект и нарушить состояние присвоенности вещи его собственнику (аналогия с необитаемым островом). Может быть в таком случае происходит юридическое уничтожение вещи?