Добро пожаловать! или я - хороший!

Ступени обшарпанного помещения с мраморной вывеской «Детский дом № 17»вели к дверям. «Добро пожаловать!» такая вывеска весела над входной дверью. Неизвестно для кого это было написано? И кем? Но мы еще маленькими детьми ждали чуда возвращения домой. И любили каждый слог этого предложения. Совершенно серое здание без красок и намека на детство. Здесь мы жили, надеялись на чудо, взрослели и уходили в большое плавание под названием: » жизнь».

Как живут дети нашего государства? Как у государственных детей формируется понятие любви? И как они видят счастье?

Сначала был дом – ребенка, где мы маленькие подкидыши, в каждой няне, в каждой воспитательнице видели свою маму. Детскими ручками хватались за их халаты, стараясь привлечь к себе внимание. Выбор был у каждого: быть может, кто- то плакал, стараясь не упустить шанс. Кто-то просто писал в колготки, так просто. А я стоял и гипнотизировал взрослых, стараясь своим видом показать, что на меня можно положится. Я не пи сеюсь в колготки, я не плачу так просто. Я - хороший! Может кто - ни будь, погладит и меня сегодня по голове? И получалось. То нянечка, убирая горшок, скажет: «Сидоркин, какой ты молодец!». И для моего детского сердца не нужно было никакой другой похвалы. А если еще после этого ее теплые руки погладят меня по голове, то от томления в груди я щурил глаза. Не понимая, тогда, что мы дети нашего государства, от которых отказались наши потенциальные родители.

Это сейчас, когда я уже взрослый человек. Могу с такой же любовью гладить по голове своего пса. И говорить ему нежные слова, которые я ждал в то время от взрослых.

А тогда все было иначе. Мир казался большим. Деревья, кустарник на детской площадке. Деревянный самолет, в хвосте, которого жили осы. И мы мелкота, обходили его стороной. Боясь не масштаба самолета, а их жужжание. И поэтому никто там не садился, и не мечтал стать летчиком или космонавтом. У всех было одно желание, чтобы нас любили.

И вот когда, мы подросли. Определили нас, что мы уже взрослые. Можем убирать постель, кушать сами кашу, относить за собой посуду. Внимательно не перебивая слушать старших. Шнуровать ботинки, застегивать пуговицы и не баловаться без нужды. Нас перевели в детские дома. А мы уже сдружились с ребятами, стали мечтать о том, как будем учиться в школе. И тут нас всех расформировали, несмотря на то, что у кого-то был брат или сестра. Разъединили и отвезли нас по разным детским домам. Так получилось, что из нашего дома-ребенка нас, было, пять человек. Мы знали друг друга по фамилиям, потому, что это резкость когда нас называли по именам. И имена для нас ровным счетом ничего не значили.

Детский дом встретил нас запахом кислой квашеной капусты. На этажах стояли ребята не по возрасту взрослые. Их одежда была серой, без единого проблеска на яркие краски. Нас поставили строем перед ними, зачитали наши фамилии и повели в палаты. Чтобы мы точно знали, где наше место в «этом мире». Определили койки, тумбочки. Мы понимали, что здесь наш дом, школа. А все остальное мы и не знали, что это просто ступень выживания.

Все одинаково подстриженные, но с разными глазами на мир. Все в одинаковой форме, в одинаковой обуви. Только девочки иногда попадались с разными бантиками. А когда год за годом живешь, то привыкаешь буквально ко всему своему окружению, и ты не можешь себе представить, что мир так разнообразен и красив. И этот мир я стал познавать через книгу, жадно вчитываясь в детскую книжку, с переклеенной обложкой на сотый раз. Я всматривался в картинки зверей, людей и видел все немного иначе. Я пытался мечтать о чем- то не сбыточном. Иногда, просто чтобы украдкой вынести кусок хлеба из столовой, и смачно зажевать его под одеялом, представляя себе сказочный мир гномов и эльфов. А иногда, я безжалостно был битым своими товарищами по палате. И такая драка называлась у нас » до первой крови». Нужно было только один раз сильно стукнуть нападающего. Без жалости на то, и когда его кровь хлынет из носа. Все отставали, от тебя. Признавая поражения друга. Мы и драться то не хотели, но старшеклассники ставили нас друг против друга и мы бились в кровь.

Помню, как к нам приходили люди из церкви, что – то рассказывали о боге. Приносили пироги и конфеты. Конфеты – это невообразимо вкусная вещь, которая быстро тает во рту. Но еще быстрее, если ты ее разжуешь. Но их выдавали в руки, и их нельзя было оставить на завтра, чтобы продлить наслаждение. Нужно было съесть их сразу, чтобы никто не смог отобрать их у тебя. Нам нравились эти совершенно чужие для нас люди. Мы смотрели на них, как на инопланетян, от которых, пахло домом и улицей. Они могли рассказать о не вероятных вещах, и они мне нравились. И вот однажды. Они опять пришли к нам и принесли, какую то квадратную коробку перевязанною бечевкой. Никто не знал что там? Всех посадили в столовой и стали увлекательно рассказывать о мире апостолов и их жизни. Мы доверчиво слушали их, пытаясь понять смысл. Но в душе каждый из нас ждал, того часа минуты, когда нам будут раздавать конфеты. И я мог часами слушать их рассказы. Потом они задавали вопросы, и мы на перебой отвечали им. Чтобы заслужить их внимание. Но на этот раз они поставили перед нами стаканы, налили чай из чайников. И мы, затаив дыхания, предвкушали праздник. Но праздника не было. Мишка залез на раздачу, открыл коробку. И увидев большое скопление розочек, пальцем выковырнул каждую. И съел их. Потом он плавно перешел на край торта, срезая круг за кругом крем. И страсть одолела над ним. Он в одиночку съел его. Первый раз в своей жизни он видел торт.

Никто не кричал на него. Мы растерянные от случившегося, только спросили: «Миша, а он вкусный?» И он со щербинками на лице, и совершенно кривыми зубами, отвечал нам: «Да». Вот так мы узнали, что есть из сладостей, еще прекрасное слово – торт! Который, мы не могли попробовать и ощутить на вкус.

Потом уже когда, мы были выпускниками детского дома. Нам пришлось понимать очень многое. Смешно вспомнить о чае. Оказывается чай, - это не жидкость из чайника. А чай- это трава, которую нужно заваривать, чтобы пить. А также кофе. И многое других открытий, мы делали после школы.

Мы старались понимать людей, с первого раза, понимать все на веру. Потому, что сравнивать нам было не с чем. С доверчивой душой, мы шли по жизни. Набивая шишки и ссадины. А иногда нас вела удача, и мы были счастливы, от сладости победы. Победы над собой, над трудностями, которые мы преодолевали. В толпе людей, ты нас не узнаешь. Мы такие же, как все. Одеты в красивую одежду, мы научились правильно говорить, есть, пить, уважать людей. Но мы немного не такие, как вы. Мы рожденные природой, отданные на воспитание государству. Мы ваши друзья, знакомые, чьи то любимые, и не любимые. Мы, те самые до мозга костей, еще дети. В которых сидит до седых волос, вопрос: «Почему?» И мы уже не пытаемся отвечать на него. Жизнь берет свое. Мы любим по - особенному, какой то глубокой неизвестной никому любовью. Которую, можем определить только сами. Любить или не любить?! Ощущая на вкус, запах, цвет, и не впуская в свой мир чужака. Мы рады познавать мир тепла и заботы, который дарим от всего сердца близким, родным по духу людям. Мы дети, которые смогли узнать мир без родительской ласки, не осуждая других. Мы любим этот мир с его пороками и прекрасным небом. Мы просто любим, потому что знаем цену любви.

И вот сейчас, когда я вижу вывеску «Добро пожаловать». Про себя я всегда говорю: « Здравствуй, дом! Мой милый детский дом».