Как сохранить семью? Истории из жизни и комментарий психотерапевта

С трудностями в отношениях с партнером в первые годы после рождения детей сталкиваются многие пары. Мы попросили читателей поделиться своими историями, а психотерапевт Инна Хамитова прокомментировала их.

Проблемы в отношениях возникли сразу после рождения ребенка. Мы бесконечно ссорились по любому поводу: купание, кормление, прививки, гуляние, одевание — каждая мелочь доводила нас до криков.

Еще во время беременности мы с мужем обсуждали разные подходы в воспитании и уходе за ребенком и в большинстве случаев были согласны друг с другом. Я читала специальную литературу, ходила на курсы, потом все рассказывала мужу — и он соглашался. Он много работал, поэтому большую часть информации воспринимал с моих слов.

После родов я старалась придерживаться тех моментов, которые считала важными, и таким образом ухаживала за малышом. Но ситуация осложнялась тем, что в первые два месяца у меня была послеродовая депрессия и некоторые физиологические проблемы. Поэтому мне была необходима помощь. Муж категорически против посторонних в доме, поэтому к нам постоянно приезжали бабушки.

И вот тогда моего супруга словно подменили! Он забыл все, что мы обсуждали, объявил меня «невменяемой» и по каждому вопросу звонил своей маме. При том, что наши со свекровью взгляды диаметрально противоположны, муж воспринимал ее мнение как единственно верное.

Сейчас ребенку уже полтора года, и за это время мы три раза разъезжались, но потом сходились снова. Наши отношения больше похожи на «холодную войну»: живем вместе, но почти не общаемся, крупные ссоры сменяются коротким примирением. Он постоянно предъявляет мне претензии по уходу за малышом.

За полтора года постоянного напряжения и практически полной социальной изоляции я набрала целый «букет» комплексов, страхов и неуверенности. Но я люблю мужа и все еще надеюсь сохранить семью.

В этой истории мне сразу бросается в глаза такой момент: во время беременности всю информацию о воспитании будущего ребенка муж воспринимал со слов Татьяны. Супруги чисто теоретически моделировали свое будущее родительство, но в этой модели роль ведущей, главной очевидно играла женщина.

Возможно, у нее были ожидания, что когда ребенок родится, то она остается главным экспертом в воспитании, а муж будет вспомогательным элементом. То есть будет вести себя так же, как и до родов, — воспринимать информацию с ее слов.

После родов она старалась придерживаться этих моментов, но первые два месяца у Татьяны начались проблемы, следовательно, все пошло не так, как ожидала она, и не так, как ожидал ее муж. Возможно, некие договоренности в силу этих обстоятельств нарушились.

Оказавшись в постродовой депрессии, она наверняка не могла выполнять роль ведущего. Ровно поэтому ее муж, у которого в этой ситуации было состояние повышенной тревожности, решил опираться на то, что для него является наиболее устойчивым элементом, — своих родителей.

А когда бабушки начинают заменять маму с папой, то всегда встает вопрос: а кто здесь теперь главный родитель? Естественно, Татьяне это не нравилось. Ей пришлось отдать часть своих позиций свекрови. И ее муж, в свою очередь, оказался между двух огней: мама и жена, — и это трудный конфликт. Это также могло породить обиды — они с женой оказались по разные стороны баррикад.

Возрастали дистанция и непонимание, которые привели к тому, что сейчас они конфликтуют по любому поводу. Это действительно холодная война, которую можно остановить, только сев за стол переговоров.

Сейчас Татьяна видит в муже только противника, а, как мне кажется, ей очень важно понять, что и когда он привлекал к заботам о ребенке свою маму, и когда тревожился и предлагал свои варианты решения различных вопросов, он действительно хотел сделать как лучше. У него в тот момент не было иного выхода, потому что сам он бы справиться не смог, а его жена, на которую он рассчитывал как на ведущую, выполнять эту функцию не могла.

Им нужно сесть за стол переговоров, исходя из той позиции, что уже никогда не будет как раньше. И понять, чем каждый из них готов пожертвовать ради сохранения семьи.

Первое, с чем я столкнулась после рождения ребенка, — муж постоянно «убегал» из дома. Приходил очень поздно, в выходные любил повеселиться с друзьями. Я, естественно, сходила с ума, потому что ждала, что он будет мне помогать.

Забот прибавилось, я с малышкой как солдат: поспали и поели, поспали и поели. На себя времени не остается совершенно, устаешь и начинаешь злиться. Но теперь я вижу, что муж осознал отцовство! Он очень балует малышку, а я начала испытывать настоящую ревность.

Чувствую, что начинаю отдаляться от мужа, словно забываю, как с ним нужно разговаривать. Чаще, чем раньше, срываюсь и начинаю «пилить» его. Часто всем недовольна. Единственное, что спасает в таких ситуациях, — его чувство юмора, а иначе он бы меня просто не выдержал.

Раньше я была сдержанней. Часто могла промолчать и отшутиться, а сейчас это все сложнее делать. Мне постоянно кажется, что я ничего не успеваю, из-за этого нахожусь в состоянии постоянного напряжения. И манера разговора появилась соответствующая.

Но когда мы ездили отдыхать на две недели всей семьей, все начало налаживаться! Где-то к десятому дню отпуска я снова научилась общаться с мужем, шутить и смеяться!

До рождения ребенка они долгое время жили как пара — и это очень важный момент. И хотя дочка была долгожданная, видимо, муж почувствовал, что потерял ту свою жену, к которой он привык. Он ощутил себя ненужным, искал утешения с друзьями. Она же, в свою очередь, нуждалась в его помощи и не ожидала таких «исчезновений».

А дело в том, что ему просто требовалось больше времени для того, чтобы перестроиться от парных отношений к триадным. Этот процесс очень индивидуален и зависит от особенностей личности. Для обоих супругов стало сюрпризом поведение партнера.

И хотя теперь муж осознал свое отцовство и проводит много времени с дочкой, она не может забыть те обиды, которые накопились с первых месяцев после родов. Эти обиды не дают нашей героине нормально разговаривать со своим мужем. Время от времени она осознает, что ведет себя неправильно, но потом все начинается снова.

Она пишет, что они с мужем проводят мало времени вместе, как будто у мужа есть время для дочки, а для нее нет. Светлана пишет про свою ревность, ведь она изначально больше вкладывалась в ребенка, и теперь ей кажется, что малышка — только ее «собственность» и только она может рассчитывать на бонусы.

Но Светлане стоит радоваться, что ее дочь имеет такого папу — ведь так у нее гораздо больше шансов вырасти счастливой. Все говорит о том, что эта семья сейчас совершает переход от диады — парного общения — к родительству. Но в конце письма видно, что, когда они на две недели поехали отдыхать, Светлана научилась снова общаться с мужем.

Это непростой период адаптации. Светлане нужно взглянуть на мужа как на человека, которому тоже тяжело в этом процессе. Сначала они долго адаптировались к родительству, потом вспоминали, что они еще и супруги. Им нужно попытаться придумать себе ритуалы: как они играют втроем и хотя бы раз в неделю остаются только вдвоем. Им важно научиться сохранять баланс между супружеством и родительством.