Фил Джексон: «Надо делать то, чего никто не сделает лучше тебя в этой игре — тогда есть шанс стать первым»
В эксклюзивном интервью ESPN президент Нью-Йорк Никс Фил Джексон поделился мнением о Деррике Роузе, треугольнике в нападении, вечно активном Кармело Энтони и своем давнем противнике Грегге Поповиче.
Президент Нью-Йорка Фил Джексон, Getty Images
— К вам постоянно предъявляют претензии с тех пор, как вы стали у руля Никс — это для вас новый опыт. Как вы с этим управились?
— Я знал, чего стоит ожидать после того, как я годами играл против Никс. Я помню все выпады в мою сторону. Но я просто остаюсь верным своим принципам и машу на это рукой. Для этого меня сюда и пригласили. Я буду действовать согласно плану — если что-то не получится, вы это заметите.
— Ходят слухи, что вы недовольны тем, что тренер Никс Джефф Хорнасек слишком редко использует треугольное нападение. Это правда?
— Нет. Но когда они все же используют его, я хочу, чтобы это делали правильно. С чего бы мне быть недовольным? Деррик Роуз пропустил три недели тренировочного лагеря (из-за гражданского суда). Все понимают, что мы из себя представляем, как клуб. У нас есть защитники, которые выполняют массу работы, помимо дриблинга. Я хочу, чтобы игроки понимали, что могут делать много чего без мяча. Мне нужна комбинационная игра.
— Может ли треугольник быть эффективным в современном баскетболе, когда игра идет по пути «space and pace»?
— Если вы хотите понять принципы игры, нельзя пропускать элементарные фундаментальные вещи: как отдавать пас спиной к кольцу, как делать заслон, как нужно изворачиваться, чтобы избежать давления и провоцировать защитников. Как оценивать расстояние между противниками. Такие вещи нельзя опускать. На площадке пять игроков, нужно всегда осознавать, где они располагаются; когда пытаешься отдать пас, нужно рассчитывать расстояние между противниками, нужно всегда иметь в распоряжении определенное количество вариантов. Приемлемое расстояние между игроками составляет от 12 до 16 футов. 18-20 — это уже слишком далеко для хорошей передачи. А мы пытаемся создавать более длинные промежутки, чтобы у игроков было больше возможностей подобраться к корзине и играть по всей площадке.
Фил Джексон, Getty Images
— Можно ли быть уверенным, что Никс в ближайшее время не будут исповедовать «space and pace»?
— По-моему, если все начинают делать одно и тоже, это превращается в такую игру: «У кого самый лучший Роллс Ройс? У кого самый лучший, быстрый автомобиль в этой гонке?» Поэтому, если у вас есть ЛеБрон, вау, мы будем делать то же самое, даже если у нас нет Роллс Ройса. Не нужно за кем-то повторять. Надо делать то, чего никто не сделает лучше тебя в этой игре — тогда есть шанс стать первым. Мне плевать на треугольник. Зато не плевать на систематическую игру в баскетбол. Если игроки располагаются неправильно, если они лезут друг другу на голову, если невозможно создать коридор для передачи, невозможно подобрать мяч возле чужого кольца, если нет баланса в защите при броске — как же играть в баскетбол без этих фундаментальных вещей? Вот за этим я слежу. Не то чтобы я постоянно говорю вещи вроде: «Это здесь не подходит», «Это неправильно». Просто покажите мне то, что действительно работает — тогда я буду доволен.
— Какая команда НБА нравится вам больше всего?
— Это простой вопрос. Голден Стэйт играет в такой баскетбол, где игроки двигают по площадке мяч и хорошо двигаются сами, создают пространство для передач, делают заслоны, правильно отдают на открытых товарищей. Иногда они слегка теряют контроль над собой, но Стив Керр хорошо их усмиряет, так сказать. Он очень хороший тренер, отлично контролирует игру своей команды. Очень важно, чтобы человек «чувствовал» баскетбол.
— Какие еще команды вам нравятся?
— Кливленд в последнее время стал намного лучше в плане командной игры, они теперь и вправду как единое целое. Они стали гораздо стабильнее в защите, игроки берут на себя ответственность за оборону. Но мяч временами все равно задерживается на месте. Не все знают, что делать в определенных ситуациях. У всех ребят есть роль на площадке, но иногда им, наверное, кажется, что они выпадают из игры, — а мне нравится, когда вся пятерка участвует в процессе.
Фил Джексон, Getty Images
Сан-Антонио продолжает делать то, что у них получается лучше всего. Они остаются верными своей системе, в которую входит множество вещей, в которые я и сам верю.
— Какие у вас отношения с Поповичем?
— Мы не враги. Просто мы очень уж часто играли друг против друга. Однажды он просто поставил ребят в углу и работал только Двумя Башнями — и все. Но никто не оставался без дела. Мне нравится, как играют его команды. Он очень часто использует треугольник — и это работает.
— Если бы вы столкнулись с Поповичем на улице, что бы вы сказали?
— «Куда пойдем выпить?» Я очень уважаю его за тренерские качества, за то, как он всегда выжимает из своих игроков максимум, а они показывают высочайший уровень.
— Вы, Попович и Пэт Райли — самые яркие тренеры своего поколения. Чем выделяется Райли?
— Пэт всегда уверен в том, что хочет делать. Теперь, когда я стал президентом, мне приходится читать о лиге все подряд. Обычно это происходит так: «Удалить», «Удалить», «Удалить». Но как-то я заметил кое-что о том, как Дуэйн Уэйд и Пэт перестали общаться. Мне стало интересно. Это было неожиданно.
— Все началось с ЛеБрона, правильно? Вы могли когда-нибудь представить, что Эрвин Джонсон уйдет от Райли, а Майкл Джордан — от вас?
— Потеря ЛеБрона наверняка была болезненной. Это был настоящий плевок в лицо. Но последствий было много. Когда ЛеБрон играл с Хит, они ездили в Кливленд, и Джеймс захотел остаться на ночь. Они так не делали. Команды вообще не ночуют в других городах. Тренеру Эрику Споэльстре пришлось писать Райли и спрашивать, что делать в такой ситуации. И Пэт, у которого всегда железные правила, ответил: «Ты садишься на самолет вместе с командой». Нельзя задерживать всю команду только потому, что твоей мамочке или твоим друзьям хочется провести еще одну ночь в Кливленде. Я всегда считал, что у Пэта есть талант к общению со своими ребятами. Но что-то пошло не так. Я знаю, что ЛеБрон любит, чтобы к нему относились, как к особенному. Он не может иначе, все должно быть так, как он хочет.
Фил Джексон, Getty Images
— Вас не беспокоит то, что Кристапс Порзингис временами теряется в атаке?
— Крис еще будет блистать, обязательно, иначе и быть не может. Чего я от него и вправду хочу — так это видеть, что он развивается, двигается вперед. Он великолепно бросает, у него исключительные габариты. Это во многом меняет стиль игры. Но он еще должен научиться правильно использовать свой рост в разных ситуациях, потому что команды будут подстраиваться, в защиту могут стать более низкорослые игроки. Он еще не научился правильно располагаться спиной к чужому кольцу и удерживать свое пространство. Он должен ловить мяч и бросать в корзину, не опуская мяч на пол там, где его могут подхватить мелкие противники.
— Он достаточно силен, чтобы играть у кольца?
— Да, у него хватит физической мощи. В Европе играют по-другому, там Крису не приходилось много времени проводить у чужого кольца. Ему еще нужно научиться переключаться с защиты одного игрока на другого, из-за заслона, правильно выбирать время для передачи, держать мяч выше — все в стиле Дирка Новицки. Но он смышленый парень, быстро и эффективно учится, так что нам с Порзингисом крупно повезло.
— Что вы узнали о Кармело Энтони с тех пор, как попали сюда?
— Кармело любит поболтать. Ему нравится узнавать людей поближе. У меня было немало игроков, которые любили общаться с тренером. Мы должны их поддерживать. Разные фразочки, вроде: «Как дела? Как себя чувствуешь?» Шакил, Коби — им больше ничего и не надо было. Они всегда были заняты. Я никогда не звал поужинать вместе или еще чего. Но в случае с Мело я себе это позволяю. Не так часто, как мне хотелось бы, но иногда бывает — он не против таких вещей.
— О чем вы обычно разговариваете?
— Мне нравится его активная позиция по любому поводу, его нежелание сидеть на месте. Мы частенько болтаем о том, как развивать такую активность в игроках. Я считаю, активность иногда может даже раздражать, если делать что-то не так; но кого вообще не раздражают активные люди? Хотя сейчас активность в тренде — это уж точно.
Я рассказывал Кармело, как к этому подошел Снуп Догг, с которым я знаком еще по Лос-Анджелесу. Он пошел на выпуск в полицейскую академию в Лос-Анджелесе и поговорил с кадетами. Это как раз то время, когда начинается их активная деятельность. Дело не только в цвете кожи или расе. Дело в атмосфере, которая царит в обществе. Я считаю, что к голосу Кармело в этом плане многие бы прислушались. Я не собираюсь указывать ему, что делать, просто даю советы.
— Почему вас тянуло к Джеффу Хорнасеку?
— Он очень хорошо учится. Я следил за Джефом еще с тех пор, как он уехал в Айова Стэйт. Когда он перешел на профессиональный уровень, мне было интересно, хватит ли у него физических способностей. Но он нашел свой стиль. Джей умеет адаптироваться. А еще он очень любит конкуренцию. Мне нравится, как он разговаривает с молодыми игроками. Тренеры теперь принимают так мало участия в жизни своих подопечных. У игроков так много выходных, так много дней выделяют на встречи ассоциации игроков, куча времени уходит на появления на публике.
Такие игроки тратят очень много времени на вещи, которые не имеют отношения к баскетболу. И в результате уделить полчаса на то, чтобы поучить их уму, правильному отношению к игре уже практически нереально. А Джефф занимается с игроками йогой, пытается работать с ними всесторонне, в комплексе. За это я его и уважаю.
— Вы имеете право разорвать контракт в конце этого сезона. Собираетесь этим правом воспользоваться?
— Да нет. Я собираюсь снова сделать Никс конкурентными. Должен ли я для этого выиграть чемпионат? Нет. Но мы уже начали двигаться вперед. Мне нравится многое из того, что мы здесь делаем. Но нужно сделать еще больше.
— Вице-президент по баскетбольным операциям Лейкерс Джим Басс сказал, что если Лейкерс не пройдут в финал Западной конференции к 2017 году, он уволится. Может быть, вы вернетесь в свою старую команду?
— Они сейчас двигаются в правильном направлении. В Лейкерс сейчас достаточно людей, которые хорошо делают свое дело. Я никогда не стремился вернуться и участвовать в жизни своей старой команды. А теперь и подавно. У меня уже есть работа, и я ей предан.
— А зачем тогда вписывать в контракт пункт о расторжении?
— Только на случай возможного локаута. Я не собираюсь сидеть без работы три-четыре месяца. Если это произойдет, я вернусь в Лос-Анджелес.
— Так где же ваш дом?
— Мой бухгалтер говорит, что я уже не могу считаться жителем Калифорнии. Слишком много времени провожу в Нью-Йорке.